Автор антиисламского фильма Гирт Вилдерс предстанет перед судом

Гирт Вилдерс - Geert Wilders Голландский суд принял решение о начале уголовного расследования против депутата парламента, лидера оппозиционной партии "Свобода" Гирта Вилдерса (Geert Wilders), которому инкриминируются публичные антиисламские высказывания.

Как известно, в прошлом году Вилдерс выпустил снятый им документальный фильм "Фитна" (посмотреть), где речь шла об исламской угрозе и "учебнике фашизма" Коране, который Вилдерс открыто уподобляет "Майн Кампф" Гитлера.

Вилдерс уже отозвался на это постановление суда, назвав его "черным днем для себя лично и для свободы слова в целом". "Я просто потрясен, поскольку совершенно не ожидал такого поворота дел", – цитирует слова Вилдерса голландское новостное агентство ANP.

Напомним, что Гирт Вилдерс целенаправленно проводит кампанию против иммигрантов из мусульманских стран с в 2004 года – после того, как он покинул либеральную партию и организовал собственное политическое движение "Партия Свободы", основным лозунгом которой является призыв остановить исламизацию Нидерландов.

Как следует из опросов, проведенных TNS Nipo, три четверти жителей Нидерландов опасаются, что фильм Вилдерса станет причиной ухудшения отношений в обществе, а также спровоцирует новую волну насилия.

Голландское правительство также поторопилось заявить о своей непричастности к неполиткорректному ролику и запретило его выход на широкий экран.

Руководство еврейской общины Голландии осудило антиисламский фильм "Фитна" Гирта Вилдерса, назвав его "контрпродуктивным" и "излишне обобщающим". В заявлении Ронни Натаниэля, возглавляющего Гаагский центр информации по Израилю, говорится: "Вилдерс иллюстрирует график роста мусульманского населения Европы сценами террористических атак, что подводит зрителя к мысли о том, что мусульмане – потенциальные террористы".

Источник

Мусульмане бойкотируют Aldi и Lidl, подозревая их в связях с Израилем

Торговая сеть магазинов Aldi Магазины международных торговых сетей Aldi и Lidl, расположенные на территории Нидерландов, несут серьезные убытки в связи с антитеррористической операцией Армии обороны Израиля в секторе Газы.

Представители мусульманской общины страны начали организованный бойкот этих супермаркетов, торгующих дешевыми продуктами питания, в связи со слухами о том, что руководство сетей шлет подарки израильтянам, пишет в среду, 14 января, голландская газета De Volkskrant.

Руководство Aldi и Lidl опубликовало официальное заявление, в котором опровергает слухи о помощи израильтянам.

В ответ на это на сайте местных мусульман появилась статья, где говорится следующее: "Возможно Lidl и Aldi не снабжают израильтян продуктами, но на их складах хранятся овощи и фрукты, которые выращены на украденных у палестинцах землях". Текст этой статьи в минувшую субботу был разослан членам мусульманской общины страны по электронной почте и на мобильные телефоны.

Ясин Эльфоркани, имам марокканской общины Нидерландов, горячо поддерживает этот бойкот: "Многие из нас испытывают гнев и беспомощность в связи с событиями в Газе, но этот бойкот – уже кое-что", – цитирует газета слова имама.

Его точку зрения разделяет имам Абдул-Джаббар Ван де Вен – голландец, принявший ислам:

"Газа – это сегодня самая горячая точка в мире, более горячая, чем Ирак и Афганистан. Молодежь открыто прославляет джихад, а "Аль-Каида" скоро получит много новых бойцов ".

Ранее Абдул-Джаббар Ван де Вен публично пожелал членам Партии Свободы под руководством Гирта Вилдерса "сдохнуть от рака".

А в газете Algemeen Dagblad было на днях опубликовано интервью с рабочим из Роттердама Мухаммадом Тахи, одним из организаторов антиизраильских демонстраций, который сравнивает ситуацию в своем городе и в Газе:

"Марокканцы Роттердама чувствуют себя так, будто находятся на оккупированных территориях. Минимум 70% из них. Их обыскивают чаще, чем других граждан, и они нередко становятся жертвами полицейского произвола. Полиция ведет против нас необъявленную войну".

Источник

С виллы голландского коллекционера похищены полотна известных живописцев

Из частной коллекции в Нидерландах похищены дорогостоящие полотна известных живописцев, общей стоимостью в 1,2 миллиона евро. Среди украденных картин полотна голландских художников Яна Слейтерса, Франца Хелффериха и Мари тен Кате, а также бельгийского мастера Альберта Роосенбоома.

Ян Слейтерc в начале прошлого века был одним из самых известных нидерландских художников, его считают новатором голландской живописи. Его картина "Лунный свет", написанная в 1910 году, - одно из самых удачных, талантливых произведений живописца. Именно она была похищена у голландского коллекционера.

Все украденные произведения были официально зарегистрированы, поэтому грабители не смогут реализовать их открыто.

Похитители или заказчики преступления были явно знатоками искусства, потому что из всей большой коллекции они безошибочно выбрали самые ценные картины. Ворам удалось обойти сложную систему сигнализации, на виллу хозяина похищенных полотен они пробрались ночью с черного входа.

Источник

Как голландцы открыли Россию

На уникальные голландские карты и атласы, из собрания Российской Национальной библиотеки, можно было полюбоваться на выставке "Голландия - Россия: атласы, карты, гравюры", которая состоялась в сентябре 2003 года в Публичке. Как они оказались в России до сих пор доподлинно неизвестно. Известно лишь, что коллекция библиотеки, насчитывающая около 400 гравированных атласов и несколько тысяч карт, самая большая в России.

Было время, когда Голландия была известна не только своими тюльпанами, ветряными мельницами и свободным обращением наркотиков. В XVI веке жители Нидерландов и по богатствам, приходящимся на душу населения, и в искусстве, и в науке по праву могли считать себя чуть ли не впереди планеты всей. Мореплавание кормило Голландию, а география, сейчас занимающая чуть ли не последнее место в научном табеле о рангах, считалась важнейшей из наук. Карты, которые создавали Меркатор и Авраам Ортелий, как и все тогда в Голландии, считались лучшими, и многократно переиздавались на латыни, французском и немецком языках. Этим картам можно было доверять, даже в том случае если на них отсутствовали целые страны или, наоборот, были изображены несуществующие материки.

Впрочем, достоверность, по крайней мере, сейчас, - не основное достоинство этих карт. Главное то, что в них сохранились представления о мире, каким он виделся человеку Нового времени. Ранние картографы, в отличие от своих средневековых или древнегреческих коллег, старались руководствоваться не космогоническими представлениями о мире, но знаниями и точным расчетом. Тот же Меркатор придумал множество математических проекций, существенно облегчивших навигацию и расширивших горизонт знаний своих современников. Тем не менее, и он, вслед за Птолемеем, верил в существование на юге огромного материка, уравновешивавшего земной шар. Веру эту не могли поколебать ни плавания Васко да Гамы вокруг Африки, ни открытый Магелланом пролив. Даже много лет спустя, уже после путешествий Магеллана и Дрейка, Огненную землю принимали за северную окраину Южного полярного материка.

Воображаемая Россия

Карты XVII века были гораздо более реалистичны, хотя и в них вкрадывались, скажем так, "неточности". Так в 1614 году известный голландский картограф Виллем Янсзон Блау на основании материалов, собранных голландскими и немецкими исследователями, составил карту, на которой отсутствовала Сибирь. Карта много раз переиздавалась, ошибки множились, мистика и предвидение тоже имели место.

Зачастую на картах изображали то, чему суждено было появиться лишь спустя несколько веков. Так голландский купец и дипломат Исаак Масса, автор записок о Московском царстве, государственной смуте и гражданской войне начала XVII в., составил карту всей России, которая издавалась разными европейскими издателями в течение 70 лет (с 1635 г. и до конца столетия). Карта известна тем, что на ней был изображен Волго-Донской канал, который был прорыт лишь через три столетия.

Тем не менее, несмотря на все ошибки и преувеличения, мир узнал Россию именно по голландским картам. На них она представала страной могущественной, окрашенной в глубокий зеленый цвет, столь любимый голландскими картографами. Не будь того же Блау, Россия еще на несколько столетий могла остаться для европейцев белым пятном, заселенным скифами и гипербореями.

Источник - Максим Райскин, "Вечернее время", 24.09.2003

Гийом Дюфаи

Дюфаи (слева) с Жилем Беншуа Дюфаи (Дюфэ, Dufay, Du Fay, Du Fayt) Гийом (около 1400 ‒ 27 ноября 1474, Камбре), франко-фламандский композитор, один из родоначальников нидерландской школы. Работал в Италии и во Франции. В 1428‒1437 певец папских капелл в Риме и в других итальянских городах, в 1437‒1444 служил у герцога Савойского. С 1445 каноник и руководитель музыкальной деятельности собора в Камбре. Мастер духовных (3-, 4-голосные мессы, мотеты), а также светских (3-, 4-голосные французские шансоны, итальянские песни, баллады, рондо) жанров, связанных с народным многоголосием и гуманистической культурой Возрождения. Искусство Дюфаи, впитавшее достижения европейского музыкального искусства, оказало большое влияние на дальнейшее развитие европейской полифонической музыки. Был также реформатором нотного письма (Дюфаи приписывается введение нот с белыми головками). Полное собрание сочинений Дюфаи издано в Риме (6 тт., 1951‒66).

Литература
  • Borren Ch. van den, Giullaume Dufay. Son importance dans l`évolution de la musique au XVe siéclе, Brux., 1925.

Источник

Жизнь

Вероятно, Дюфаи родился недалеко от Брюсселя. Он был незаконнорождённым ребёнком неизвестного священника и женщины, которую звали Мари Дю-Фе (Marie Du Fayt). Мари после рождения сына переехала в Камбре, где жила у родственника, который был каноником в городском кафедральном соборе. Дюфаи воспитывался в метризе при соборе, в 1409 — 1412 годах его имя было в списке мальчиков-певчих. Учителем Дюфаи в его юные годы был Рихард Локевиль (умер в 1418 году). Молодой музыкант общался также с Никола Греноном.

В июне 1414 года Дюфаи назначается капелланом в Сен-Жери (рядом с Камбре). Вероятно, позже в том же году Дюфаи поехал на церковный собор в Констанце, с которого вернулся в Камбре в 1418 году.

С ноября 1418 по 1420 Дюфаи был помощником священника в кафедральном соборе Камбре. В 1420 году он снова покинул Камбре, на этот раз отправившись в Римини и в Пезаро, где служил при дворе Малатеста. Там он писал мотеты, баллаты и духовные произведения для семейных празднеств. Записей о его службе не сохранилось, но некоторые произведения Дюфаи, датируемые этим временем, содержат ссылки, которые позволяют утверждать, что Дюфаи действительно был в Италии. Он встречался с композиторами дома Малатеста Гуго и Арнольдом де Лантен. В 1424 году Дюфаи снова возвратился в Камбре, поскольку заболел и умер родственник, у которого жила его мать. В 1426 году Дюфаи вновь отправился в Италию, в Болонью, где поступил на службу к кардиналу Луи д’Альману, папскому легату. В Болонье он служил помощником священника, а в 1428 году стал священником. 1426 годом помечена рукопись весёлого французского рондо Дюфаи «Adieu ces bons vins de Lannoys» («Прощайте, добрые вина Лануа»).

В 1428 году кардинал д’Альман был изгнан из Болоньи соперничающей семьёй Канедоли, и Дюфаи тоже покинул город, направляясь в Рим. Там он поступил младшим певцом в папскую капеллу, служа сначала папе Мартину V, а после его смерти в 1431 году папе Евгению IV. В те годы Дюфаи создал немало произведений для торжественных случаев: выбор нового папы, заключение мира, городские празднества. Это были торжественные мотеты, баллады, части месс.

В 1434 году Дюфаи был приглашён руководить капеллой герцога Савойского Амадея VIII. С 1435 года он снова служил в папской капелле, теперь во Флоренции.Процессия вокруг собора Санта-Мария-дель-­Фьоре во Флоренции в XVIII веке

В 1436 году Дюфаи сочинил один из своих самых известных мотетов — «Nuper rosarum flores» по случаю освящения 26 марта 1436 года нового флорентийского собора Санта-Мария-дель-Фьоре, купол которого был завершен великим зодчим Филиппо Брунеллески. Помимо певцов в исполнении участвовали, чередуясь с ними, группы инструментов.

В это время началось сближение Дюфаи с семьёй д’Эсте в Ферраре, которая оказывала покровительство музыкальному искусству и с которой он, вероятно, познакомился в то время, когда служил при дворе Малатеста. Римини и Феррара расположены близко друг от друга географически, а две семьи были связаны браками. Дюфаи сочинил по крайней мере одну балладу для маркиза Феррары Никколо III. В 1437 году Дюфаи посетил город. Когда в 1441 году Никколо умер, следующий маркиз поддерживал контакты с Дюфаи, не только оказывая ему финансовую помощь, но и копируя и распространяя его произведения.

В 1437 году Дюфаи закончил свою службу в папской капелле и папа пожаловал ему каноникат в Камбре.

Чтобы стать каноником в Камбре, Дюфаи занимался юриспруденцией в Туринском университете и получил в 1437 году степень бакалавра права. В то время он вновь был близок к дому Людовика Савойского, носил почётное звание «маэстро капеллы», пользовался покровительством герцога.

Борьба между папством и Собором в Базеле продолжалась в течение 1430-х годах Очевидно, Дюфаи понимал, что разворачивающийся конфликт угрожает и его положению, особенно когда папа Евгений IV был смещён собором в 1439 году и герцог Савойский Амадей был избран антипапой Феликсом V. В это время Дюфаи возвратился на родину, прибыв в Камбре в декабре 1439 года.

Дюфаи оставался в Камбре на протяжении 1440-х годов, в это время он находился на службе у герцога Бургундского. В Камбре он сотрудничал с Никола Греноном, когда проводилась полная ревизия собрания литургий в кафедральном соборе, которая включала написание полифонической музыки для служб. В дополнение к этой музыкальной деятельности он занимался решением общих вопросов работы собора. В 1444 году умерла мать Дюфаи, она была похоронена в соборе. В 1445 году Дюфаи переселился в дом бывшего каноника, который и остался его главным домом до конца жизни.

В 1446 году Дюфаи получил каноникат в Монсе в дополнение к каноникату в Камбре.

После отречения от престола в 1449 году последнего антипапы (Феликса V) борьба между различными фракциями в церкви начала стихать, и Дюфаи снова покинул Камбре и направился на юг. Он приехал в Турин в 1450 году, вскоре после смерти герцога Амадея, но вернулся в Камбре позже в том же году. В 1452 году он снова поехал в Савой и не возвращался в Камбре шесть лет. В это время он пытался найти приход или службу, которая позволила бы ему остаться в Италии.

Сохранились многие произведения этого периода, включая четыре ламентации на падение Константинополя в 1453 году, его известную мессу, основанную на «Se la face ay pale», а также письмо к Лоренцо Медичи. Однако Дюфаи не смог найти удовлетворительное место с пенсией и вернулся на север в 1458 году. Хотя в Савое он служил более или менее официально в качестве руководителя хора у Луи Савойского, но, по всей вероятности, это была формальная должность, потому что его имя не упоминается в записях капеллы.

Когда он вернулся в Камбре, он был назначен каноником собора. Дюфаи был тогда самым знаменитым композитором Европы. Он вновь установил тесные связи с бургундским двором и писал музыку для него. Он также принимал множество посетителей, в числе которых были Антуан Бюнуа, Йоханнес Окегем, Йоханнес Тинкторис и Луазе Компер. Все они существенно повлияли на развитие полифонической школы. В это время Дюфаи, вероятно, написал свою мессу, базирующуюся на песне «Вооружённый человек» («L’homme armeé»), а также шансон на ту же тему. Эта песня была инспирирована Филиппом Добрым, который призывал к новому крестовому походу против турок, которые недавно завоевали Константинополь. Около 1460 года Дюфаи также написал мессу «Реквием», которая была утеряна.

Дюфаи умер 27 ноября 1474 года. Он просил, чтобы, когда он умрёт, исполнили его мотет «Ave regina celorum», а между стихами антифона добавили мольбы о милосердии, но времени на то, чтобы сделать это, не хватило.

Дюфаи похоронен в часовне Св. Этьена в кафедральном соборе Камбре. На могильной плите был высечен его портрет. После разрушения собора плита была утеряна, но в 1859 году её обнаружили (она использовалась как крышка для колодца). Сейчас она находится в музее в Лилле.

Музыка

Дюфаи был наиболее влиятельным композитором XV столетия, его музыку копировали, распространяли и исполняли повсеместно. Многие композиторы следующих поколений восприняли элементы его стиля.

Музыкальное наследие Дюфаи включает те же полифонические вокальные жанры, подготовленные предыдущим ходом музыкального развития, которые становятся типичными для нидерландской школы. Он пишет духовную музыку: мессы, мотеты, магнификаты, гимны, песни (применяя фобурдон) и антифоны, а также разнообразные светские песни. Вся дошедшая до нас музыка Дюфаи вокальная, но инструменты очень часто использовались при исполнении (во вступлениях, заключениях, идущих без слов, в сопровождении).

Дюфаи написал 11 изоритмических мотетов, 8 неизоритмических мотетов, 9 полных месс и множество отдельных фрагментов месс, 3 магнификата, 15 антифонов, 24 гимна, 87 светских песен (около восьмидесяти баллад, виреле и рондо (ротунделей) на французские тексты и лишь семь баллат и рондо на итальянские тексты). Кроме того, множество анонимных произведений середины 15 века могут быть его работами.

Песни

Шансон Дюфаи — это по преимуществу небольшие (от 20 до 40 тактов, изредка больше) трёхголосные произведения. В большинстве песен ведущая роль принадлежит верхнему голосу. В строении преобладает принцип строфичности: разные разделы текста сочетаются с одной и той же музыкой (или с её близкими вариантами). Чтобы выдержать повторения, мелодия должна была быть гибкой и сочной. Песни Дюфаи очень образны, для выразительности он выбирает самые разные средства: это и вокальное трёхголосие при равенстве партий (баллада «J’ai mis mon сuer»), и выделение одного инструментального голоса при диалоге двух верхних («La belle se siet») или «соревнование» верхнего и нижнего, и выделение только инструментального начала во вступлениях и заключениях («Helas, ma dame», «Donna i ardenti»), и сведение нижних голосов к сопровождению вокальной мелодии («Belle, que vous ay ie mesfait»).

Одно из ранних рондо Дюфаи — короткая застольная песня — прощание с друзьями «Adieu ces bons vins de Lannoys» («Прощайте, добрые вина Ланнуа»). Её мелодия проста, близка бытовой музыке. Тип таких французских песен подготовлен ещё трубадурами.

Французская традиция ощущается в балладе «La belle se siet». Здесь две вокальные партии поддержаны простой опорой баса. Два верхних голоса начинают «рассказ» о красотке, которая плачет и вздыхает… Речитация верхнего голоса: «Отец её спрашивает: „Что с вами, дочка?“»; затем эта же фраза проходит в контратеноре. Оба голоса: «Желаете ли вы мужа, мужа, мужа или господина?»

Примерами песен, в которых одному из голосов поручено ведение лирической мелодии, а другим — поддержка и «инструментальное» сопровождение, могут служить рондо «Helas, ma dame» («Увы, моя дама») и «Donna i ardenti».

Мотеты

Мотеты Дюфаи очень разнообразны: есть большие полифонические композиции на два или три текста одновременно и камерные вокальные произведения с выделением верхнего голоса, есть мотеты на основе cantus firmus’a, на каноническую тему-мелодию (из антифона, респонсория и т. п.), выдержанные в строгом полифоническом складе, и мотеты с независимыми свободными голосами, не связанные заимствованным тематизмом, лирические и торжественные. Чаще всего Дюфаи создаёт мотеты для четырёх голосов, реже — для трёх, в виде исключения — для пяти (при двух или трёх текстах). Почти все мотеты написаны на латинский текст. Один духовный мотет, из числа посвящённых Деве Марии, создан Дюфаи на итальянский текст VIII канцоны Петрарки («Vergine bella»).

«Песенные мотеты» Дюфаи от собственно полифонического мотета отличали тесная связь мелодии с текстом, выразительность и образность, подчинённость нижних голосов верхнему, развёртывание формы из нескольких «строф» без повторений до значительного объёма (вдвое и втрое больше среднего объёма песен у Дюфаи). Песенный мотет «О beate Sebastiane» («О, блаженный Себастьян») написан во время эпидемии чумы в Риме. Текст широко распет в верхнем голосе, молящем об избавлении. Нижний голос (контратенор) носит скорее инструментальный характер. В соотношениях тенора и контратенора заметна изоритмия, её Дюфаи использует для «скрепления» формы.

Вот названия ещё нескольких известных мотетов Дюфаи:

  • «Nuper rosarum flores» (на празднество освящения Флорентийского собора),
  • «Ave Regina coelorum»,
  • «Ecclesiae militantis» («Церковь воинствующая»),
  • «Alma redemptoris mater»,
  • «Vasilissa ergo gaude» (написан для Клеофы Малатеста в связи со свадебным торжеством).
Мессы

Дюфаи утвердил четырёхголосную мессу в качестве главного жанра нидерландской полифонии. Cantus firmus, проходящий в партии тенора и объединяющий все части мессы, теперь не обязательно григорианский хорал, мелодия часто заимствуется из популярных светских песен. Таковы мессы «L’homme armé» (на мотив популярной песни «Вооружённый человек») и «Se la face ay pale» (на мелодию самого Дюфаи «Её личико побледнело»). Дюфаи внес в мессу много нового: гораздо шире развернул композицию цикла, стремился к единству произведения в целом, а не только в пределах каждой части, используя интонационные связи, варьирование уже прозвучавшего, имитации, каноны, разработал основы многоголосия. В пределах хора a cappella Дюфаи пробовал последовательное скандирование текста в быстром темпе (в Credo), хорально-аккордовое изложение в больших масштабах (в Gloria), очень широкие распевы слов и слогов.

Дюфаи написал девять полных месс и значительное количество их частей, которые иногда соединены по две или по три, а в остальных случаях существуют как единичные. Циклические мессы принято располагать во времени таким образом: к раннему периоду (1426—1428) относят мессы «Sine nomine», «Sancti Jacobi» и «Sancti Antonii Viennensis», к 1440—1450 годам мессы «Caput», «La mort de Saint Gothard», «L’homme armé», «Se la face ay pale», примерно к 1463—1465 годам мессы «Ессе ancilla Domini» и «Ave Regina coelorum».

В качестве cantus firmus’а крупной четырехголосной мессы «Se la face ay pale» Дюфаи взял средний голос своей трёхголосной песни. Из мелодии объёмом всего в 30 тактов он сумел построить грандиозное произведение: мелодия песни проходит в начале и в конце Kyrie и Agnus Dei, слышна в Sanctus, а в Gloria и Credo тема проводится по три раза. Регистр мелодии песни сохранился, но в мессе она изложена крупными длительностями и её заслоняют другие, более подвижные голоса.

Записи
  • Ensemble Gilles Binchois. Binchois & Dufay: Ballades, Rondeaux, Lamentation.
  • Ensemble Musica Nova. Dufay — Flos Florum. Motets, hymnes, antiennes dédicées à la Vierge.
Литература
  • В. Коннов, Нидерландские композиторы XV—XVI веков. — Ленинград: Музыка, 1984.
  • Т. Ливанова, История западноевропейской музыки до 1789 года: Учебник в 2-х тт. Т. 1. — М.: Музыка, 1983.
  • Guillaume Dufay, Opera omnia (collected works in six volumes), ed. Heinrich Besseler with revisions by David Fallows. Corpus mensurabilis musicae CMM 1, American Institute of Musicology, 1951-1995.
  • F. Alberto Gallo, tr. Karen Eales, Music of the Middle Ages (II). Cambridge: Cambridge University Press. 1977 (original Italian edition) and 1985 (English). ISBN 0-521-28483-X
  • Dartus (E.), Un grand musicien cambrésien - Guillaume Du Fay. Préface de Norbert Dufourcq. Extrait du tome XCIV des Mémoires de la Société d'Émulation de Cambrai. Cambrai, 1974
Ссылки

Википедия